11-летний Андрей упал, когда катался с другом по Белостоку на электросамокате. Травма головы, швы, ночь в больнице — и успокоение врачей: все хорошо. Но спустя полтора месяца семья получила уведомление из районного суда Белостока: по факту происшествия начато разбирательство. Дело не только в обстоятельствах аварии — органы опеки выясняют, хорошо ли родители воспитывают ребенка и достаточно ли следят за ним. О том злополучном августовском дне и его последствиях мама мальчика Ольга рассказала MOST.
«Лежал на носилках и кричал так громко, что уши закладывало»
В тот день Андрей был в гостях у сына Ольгиной подруги. Вместе мальчики катались недалеко от дома. Самокат был один на двоих. Когда на него запрыгнул второй ребенок, Андрей не удержался, упал и ударился головой. Он был без шлема.
— Мне позвонила подруга и сказала: «Андрей упал с самоката. Ты только не волнуйся, все нормально. Приезжай», — вспоминает Ольга.
Ольга тут же понеслась на место инцидента. Но увидела только полицейских и большую лужу крови — сына рядом уже не было. Очевидцы вызвали скорую — и к тому времени мальчика уже забрали в машину. Ольга быстро вошла в карету скорой.
— Андрей лежал там на носилках и кричал так громко, что уши закладывало. Он переживал за меня, наверное, больше, чем за себя. Дело в том, что я изначально была категорически против покупки электросамоката. Но Андрей обещал, что будет аккуратно ездить. А тут такое, — говорит женщина.
По ее словам, мальчик плакал и повторял: «Мамочка, не ругай меня!» Парамедика это очень насторожило.
— Сотрудница скорой сказала: «Нам, наверное, придется вызывать опеку — ваш сын вас боится». Но я объяснила: он просто напуган. Ведь он обещал мужу, своему папе, что не будет меня расстраивать, — вспоминает Ольга.
«Все спрашивали, почему мой сын оказался без шлема»
Медики доставили Андрея в больницу. Там сразу сделали МРТ, рентген, УЗИ и взяли анализы. После обследования стало ясно: угрозы жизни нет, но голову и ухо нужно зашить.
— Его оставили в стационаре, а мне предложили остаться с ним. В палату сразу принесли раскладывающееся кресло и одноразовое постельное белье, — рассказывает мама.
Она отмечает, что врачи были потрясены количеством аварий с участием детей на электросамокатах, случившихся в Польше этим летом:
— За несколько месяцев произошло много трагедий, в приемном отделении я обратила внимание на специальные плакаты. На них были дети на велосипедах и самокатах в шлемах, а рядом перечеркнуты опасные действия. И все спрашивали, почему мой сын оказался без шлема.
Ольга уверяет, что дома есть и шлем, и другая защитная экипировка. Но почему-то именно в тот день Андрей ничего этого не надел.
Отказались от страховых выплат, чтобы не привлекать к себе внимание
На следующий день мальчика выписали и сказали некоторое время наблюдаться у врачей, а позже снять швы.
Врач сообщил родителям, что они могут получить компенсацию по школьной страховке, но семья решила за ней не обращаться:
— Мы с мужем подумали, что не стоит привлекать внимание школы к этому инциденту.
Даже не поняла, в чем проблема
Казалось, все закончилось легким испугом. Но уже в конце сентября из полиции принесли повестку. Ольга говорит, что даже не сразу поняла, по какому делу ее вызывают. Но в тот же день по почте пришло еще и письмо из суда. Оказалось, что районный суд Белостока начал разбирательство в связи с происшествием с электросамокатом. В рамках процесса устанавливают также обстоятельства воспитания ребенка.
— В рамках этого дела суд назначил проверку. Сотрудникам надо было провести опрос сына в полиции, а судебному куратору провести осмотр жилья и посмотреть на условия проживания семьи, — говорит Ольга.
В 2022 году в Польше вступил в силу закон о поддержке и социализация несовершеннолетних. Он применяется к детям старше 10 лет, которые совершают правонарушения. В рамках этого закона ведется работа не только с ребенком, но и с его семьей. Родителей проверяют социальные службы, их могут обязать участвовать в консультациях, терапевтических или воспитательных программах.
Пришли домой без предупреждения
Судебный куратор пришел домой к семье в тот же вечер — без предупреждения. Как он объяснил Ольге, это стандартная практика, чтобы увидеть реальные условия жизни ребенка.
— Сначала он разговаривал с Андреем: спрашивал про учебу, помогает ли родителям, какие отношения между членами семьи. Потом опросил меня: в собственности ли жилье, какой метраж дома, сколько комнат. Я сказала, что сын окончил начальную школу с отличием, и он попросил показать свидетельство.
Женщина спросила у представителя суда, стоит ли ей нанимать адвоката.
— Он меня успокоил: сказал, что серьезных последствий у этого инцидента нет, а процесс проверки запускается автоматически после вызова скорой.
«Андрей теперь всегда ездит в шлеме»
На следующий день Ольга с сыном отправились в полицию.
— Там было достаточно серьезно все. Андрею зачитали его права и обязанности, сказали, что он имеет право на переводчика. Инспектор интересовалась только сутью происшествия, задавала короткие вопросы. Спрашивала также про второго мальчика, который ехал вместе с ним на одном самокате. Но Андрей объяснил, что они толком и не проехались: тот запрыгнул на самокат, он пошатнулся, наехал на бордюр — и вместе они упали, — рассказывает беларуска.
Андрей подписал все протоколы. У Ольги ничего в этот раз не спрашивали — она присутствовала только в качестве законного представителя ребенка.
В полиции сообщили, что решение суда придет письмом. Со слов правоохранителей Ольга сделала вывод, что дело должно завершиться благоприятно: у них благополучная семья, а ребенка учат вести себя осмотрительно и соблюдать правила. К тому же Андрей не нанес никому вреда. Но беларуска уверена, что происшествие стало для ее сына важным уроком:
— Андрей теперь всегда ездит в шлеме и говорит, что даже своим будущим детям будет рассказывать, как надо правильно ездить на самокате.